Forbes рассказал, как параллельный импорт перестроил поставки электроники в Россию и почему наценка — это норма

[Ippolitovich]

Уход крупных мировых производителей из России и последовавшее за этим возникновение официальных механизмов параллельного импорта, то есть поставок без разрешения правообладателя, существенно изменило схемы ввоза товара в страну. А за рубежом появились компании, которые помогают в закупке техники этих производителей и оформлении необходимых документов — их доля при формировании конечной стоимости товаров может достигать 20 %. В первые месяцы после ухода зарубежных производителей и легализации параллельного импорта работа этих механизмов носила преимущественно условный характер. Первыми отреагировали маркетплейсы, подтвердили в Ozon: здесь ассортимент ушедших брендов быстро удалось восстановить, хотя бы частично. Но обошлось это удовольствие недёшево — наценка могла составлять 20–30 %. Значительный рост цен отметился и в рознице, причём это коснулось продукции всех производителей. У ретейлеров не было понимания, где брать новый товар, а продавать остатки по старым ценам смысла не имело: ЦБ резко поднял ключевую ставку, плюс у импортёров обозначились риски. К концу года, когда механизмы параллельного импорта уже отладились, наценка самих магазинов снизилась примерно до 5 %.

 

 

Смещение акцента в сторону параллельного импорта произошло лишь в III квартале, и лишь в сентябре начался заход основного объёма продукции по новой схеме. Это хорошо видно по рыночной статистике: за первые три квартала 2022 года доля параллельного импорта в сегменте смартфонов выросла с 0,1 % до 19,1 %, а у ноутбуков она поднялась с нуля до 41 %. По итогам 2022 года объём параллельного импорта смартфонов, планшетов и ноутбуков в России оказался $1,5 млрд, причём смартфоны приняли на себя $1,1 млрд.

 

Работать с производителями напрямую было удобно. Официально ушедшие с российского рынка компании вроде Apple, Dell, Samsung, ASUS, Lenovo, LG и GoPro самостоятельно решали многие сложные вопросы в том числе о соответствии продукции местному законодательству — даже ввоз они осуществляли либо сами, либо через дистрибьюторов. С легализацией параллельного импорта данный механизм попытались освоить многие участники рынка, включая розничные сети. Но сопутствующие сложности вроде кризисов неплатежей и невозвратов вынудили их обратиться к специализированным посредникам. Пришло понимание, что даже наценка в 20 % оказывается выгоднее, чем содержание собственного отдела, выполняющего те же функции. Сегодня основной объём продукции, как и год назад, поставляется из Китая, Гонконга и с Тайваня. Основным хабом по поставкам продукции ушедших из России брендов стали ОАЭ, а Турция теперь специализируется на поставках европейских марок.

 

 

Розничные продавцы сейчас становятся немногословными, когда речь заходит о механизмах параллельного импорта. Однако они рассказали, что после появления механизмов потребовались несколько месяцев, чтобы устоялась процедура ввоза товаров на новых условиях — речь идёт о растаможивании продукции и заново выстроенном документообороте. Сейчас можно подводить и первые итоги: так, один из покинувших Россию брендов первого эшелона восстановил продажи до 50 % от показателей предсанкционного 2021 года, когда производитель самостоятельно решал многие вопросы и оказывал продавцам маркетинговую поддержку. Наконец, разговор о параллельном импорте был бы неполным без учёта важной особенности 2022 года: рынок электроники заметно просел. За минувший год в России были проданы 24,7 млн смартфонов, и это на 21,5 % меньше, чем годом ранее, подсчитали в ГК «F+ tech-Марвел». В денежном выражении падение составило 27,8 %. Рынок ноутбуков тоже просел, но не столь значительно: в 2022 году проданы 3,22 млн единиц — на 13,5 % меньше в штучном выражении, чем в 2021 году, и на 6,85 % — в денежном.